https://archive.org/details/10aprel
Как на самом деле устроен фальсификат психиатрической помощи
Фальсификат психиатрической помощи — это явление, при котором внешне сохраняются формы и признаки активной медицинской деятельности, но по сути она не соответствует главной цели: помощь человеку. В таких случаях психиатрия используется не как инструмент лечения и поддержки, а как средство давления, контроля или извлечения выгоды. Такие случаи - это поддержания мифа шизофрении.
Прежде всего, стоит понять, что настоящая психиатрическая помощь должна строится на нескольких ключевых принципах: добровольность (за исключением строго определённых законом ситуаций), научная обоснованность, уважение к личности пациента и прозрачность решений. Эти пляски с бубном несоблюдаются вовсе, это не о том что возникает пространства для злоупотреблений, а систематическое насилие выходит на первый план как главная цель(только для шизофреников, остальные все свободны).
Фальсификат проявляется в разных формах. Одна из наиболее опасных — это постановка диагнозов без достаточных оснований. Основания - это ощущения тех кто сдал и психиатра. Диагноз в психиатрии должен требовать длительного наблюдения, анализа поведения, истории жизни и состояния человека, на практике этого непросходит. Однако при обычном подходе ярлык шизофрения может быть навешен быстро — на основе жалобы матери и отца, давления со стороны третьих лиц или административных интересов.
Вторая форма — это использование химикатов как инструмента подавления. Например, назначение сильнодействующих препаратов без реальной необходимости просто по схеме как требует инструкция обработки к ярлыку. В таком случае химикаты не средство помощи и превращаются в способ контроля над неудобным поведением человека. Это сопровождается побегами, выплевыванием таблеток. Согласия в данном случае не требуется. Объект не информируют что ей дают и от чего исправляют.
Как на самом деле устроен фальсификат психиатрической помощи
Фальсификат психиатрической помощи — это не сбой, а подмена. Снаружи — медицина. Внутри — другое. Формально есть диагнозы, врачи, препараты. По факту — помощь человеку не является целью. Психиатрия используется как инструмент: давления, подчинения, удобного устранения «проблемы».
Речь не о редких ошибках. Речь о ситуации, где форма прикрывает содержание. Где слова «лечение» и «помощь» используются как оправдание действий, которые к ним не имеют отношения.
Нормальная психиатрия требует: добровольности (кроме строго прописанных законом случаев), доказательности, уважения к человеку и понятных решений. Если этого нет — это уже не помощь. Это среда, где можно делать что угодно, прикрываясь диагнозом. И это делается.
Первая схема — диагноз без оснований. Не обследование, а мнение. Не анализ, а жалоба. Достаточно слов родственников, давления или удобного повода. Долгое наблюдение заменяется быстрым ярлыком. Диагноз превращается в инструмент, а не вывод.
Вторая схема — химическое подавление. Препараты используются не потому, что это нужно человеку, а потому что это удобно системе. Поведение «исправляется» не через помощь, а через подавление. Согласие не нужно. Объяснения не даются. Человек не понимает, что с ним делают — и это не считается проблемой.
Дальше включается язык. Всё называется иначе, чем есть. Давление — «лечение». Подавление — «терапия». Игнорирование — «наблюдение». Так создаётся иллюзия нормы. Так убеждают окружающих, что всё происходит правильно.
В итоге это не медицина. Это механизм, где слова используются как прикрытие, а человек — как объект.
Вечная схема — химическое подавление через вред здоровью. Кто поломан, лишен функций - тот заторможен и инертен, а значит “вылечен” и не мешает. Препараты, влияющие на центральную нервную систему, применяются по реальной необходимости (жалоба матери и отца считается только таковой и подпись психиатра) и по шаблону, привязанному к ярлыку. Они «повреждают мозг и ЦНС. Воздействие на ЦНС и психическое состояние - нарушение сна, тремор, неспособность спокойно сидеть, двигательное мучительное беспокойство, муть в глазах, не способность смотреть Кино, эмоциональная стерильность, даже музыка не радует. Это все доказательство разрушения мозга и ЦНС. Но система называет ад в который помещает человека, унизительным словом “побочные действия”. А где положительные - если человек голосов в голове никогда не слышал, и не имеет бреда. Но они впишут ужасы шизофрении в карту и назовут бредом что угодно - лишь бы крутился механизм, капала зарплата, выплаты по инвалидности, тишина в квартире, безопасность общества. Здоровье объекта здесь приравнивается к тому что мешает.
Их задача на практике — не помощь в развитии или восстановлении, а подавление нежелательного поведения и упрощение управления человеком. Реакции «корректируются» не через контакт с якобы пациентом, а через химическое воздействие на мозг разрушая способности. Часто это происходит без человеку информирования о том, что именно назначается и с какой целью потому что объект считается неполноценным и не понимает.
В ЕС Литва жалоба - матери и отца, достаточный повод влепить сразу ярлык шизофрения и применять химикаты по схеме, а не по существу. Насильная доставка в психушку - ярлык параноидальная шизофрения присваивается автоматически.
Если все буйство психиатрии описывается где-то прилично и подается как безупречное благо для человека, то это системный заказ на парад. Там звучит всегда одна отлаженная, намыливающая ухо песня: психоз, галлюцинация, был не адекват, безумец - дали лекарство и шагает в общество полноценный человек: улыбается врач в очках - на грязном полу лежит и страдает взяв голову в тиски рук пациент с голосами в голове.
Биороботы выглядят как человек, действуют по команде. Для них важнее протокол, запись. Они ничего не решают, все предрешено. А почему они тебя лечат. Потому что ты для них фуфло - подделка под человека, имитация.
“Убийство”, “Живой труп”, “Намеренное разрушение” - факт который не нужно установливать, чтобы взглянуть правде в глаза.
Биороботам наплевать на твою жизнь, здоровье, мысли, мнение. Для них важнее - зарплата, кошелек и своя шкура.
