Родня душила чужими руками,
Закрыли за дверью, назвав яд вкусняшками.
Решили, что со мной что-то не так,
И каждый их взгляд превращался в кулак.
Меня объявили больным, не считаясь с делами,
За дверью решали чужими словами,
Что мне говорить, как мне думать и жить,
А там, за стеной, отравили мне жизнь.
Концлагерь посреди города — психушка,
Литва, Евросоюз — и за дверью ловушка.
Где каждый ярлык — замок и пушка,
Где правду назвали болезнью ума,
А химией выжигали дотла.
Психиатр — козёл, самодовольный мудак,
Чужую судьбу превращает в бардак.
За маской врача — равнодушие и власть,
А человеку остаётся кричать, не пропасть.
