Рисполепт - давить все неугодное. Доксепин - давить свободу движения. Заткнуть для угнетения. Как система подлечивает непослушных. Калечит принуждением. Специалист занимается отравлением. Боится сопротивления.
Молчать. Исчезнуть. Всё отнять. Слабый. Хриплый. Неровный. Приказ стать удобным. Не спорить. Не двигаться. Не мешать. Не быть слишком громким, слишком живым, слишком неудобным.
От Рисполепта страшно, тревожно слишком больно. Жить невозможно.
Вся психиатрия неизбежно является насилием, сохраняет жёсткость, является ложью.
Эта власть ярлыка, без согласия, без права голоса, ХИМИЧЕСКОГО ПОВРЕЖДЕНИЯ МОЗГА.
Не помощь.
Не диалог.
А машина.
Холодная.
Безличная.
Требующая одного:
стань удобным.
Или исчезни.
—
Машина, требующая стать удобным
У психиатра и у любого палача психиатрической системы много злости.
Когда фактическое искалечивание осознается не как помощь — а как давление, как приказ стать тише, меньше, удобнее — это страшнее чем смерть.
Это не лечение. Это химическое повреждение мозга.
Рисполепт / рисперидон отнимает любые чувства. Он отнимает возможность быть живым. Он не успокаивает — он давит все неугодное. Он делает человека слабым, хриплым, неровным. Он приказывает: не спорить. Не двигаться. Не мешать.
От Рисполепта страшно. Тревожно. Слишком больно. Жить невозможно. Это не побочный эффект. Это и есть эффект. Человек становится удобным, потому что у него отняли все, чем он мог сопротивляться.
Доксепин — давить свободу движения. Заткнуть для угнетения. Еще один замок на тело.
Вся психиатрия в таком виде неизбежно является насилием. Она сохраняет жесткость. Она является ложью, прикрытой словом “помощь”.
Это власть ярлыка. Без согласия. Без права голоса. Без диалога.
Специалист занимается отравлением. Боится сопротивления. Поэтому требует одного:
Молчать. Исчезнуть. Всё отнять. Не быть слишком громким, слишком живым, слишком неудобным.
Не помощь.
Не диалог.
А машина.
Холодная.
Безличная.
Требующая одного:
стань удобным.
Или исчезни.
Но я не исчезну.
https://suno.com/son … 63-8574-cab46750d0a5
https://suno.com/son … ?sh=alVrvjA8qnPLtBcN
Риспердал — тяжёлым чёрным камнем, душу в безду тянет.
Доксепин протягивая руки в цепи сердце замыкает.
В во тьму, тёмный ветер тянет всё глубже в царство муки,
Где ад дыханьем обжигает, и леденеют в жилах звуки.
Оковы давят, день темнеет.
И воля, словно падаль, тлеет.
Выкручивает кости акатизия —
Лекарственная, блядь, инквизиция.
Стеклянный взгляд уперся в стену,
Впустили мертвый холод в вену,
Сожрали память, гнев и страх,
Оставив в черепе лишь прах.
Ни чувств, ни бунта. Только слизь,
В которую втоптали жизнь.
Ты — биомусор. Тень. Ошметок.
Раздавленный горстью таблеток.
—-
Риспердал — тяжёлым чёрным камнем, душу в безду тянет.
Доксепин протягивая руки в цепи сердце замыкает.
В во тьму, тёмный ветер тянет всё глубже в царство муки.
Где ад дыханьем обжигает, и леденеют в жилах звуки.
Оковы давят, день темнеет.
И разум в этом яде цепенеет.
Вливают в вены жидкий, липкий страх,
Чтоб превратить остатки воли в прах.
Врачам плевать, что ты гниешь живьем,
Заколотый химическим свинцом.
Стереть к чертям, сломать, забить до дна,
Чтоб в черепе осталась тишина.
Шаг в сторону — ремни, аминазин,
Ты в этом мертвом теле заперт и один.
Здесь лечат так, чтоб ты забыл, как жить,
И просто продолжал послушно гнить.
—
В плену у белого халата
Белый халат опустился пеленой,
Заслонил небо, забрал волю.
Здесь каждый шаг — как приговор,
И каждый вздох — под контролем.
Нейролептики в венах жгут,
Превращая мысли в пепел.
То, что было — теперь не вернуть,
Только память о прежней силе.
Система вцепилась мёртвой хваткой,
Забрала право на выбор.
Здесь каждый шаг — под надзором строгим,
И каждый вздох — под прицелом.
Доксепин в крови, как яд,
Растворяет остатки воли.
Здесь нет пути назад,
Только путь в глубины боли.
Психиатрия — не помощь, а тюрьма,
Где стены давят, душит страх.
И каждый день — как вечная зима,
Где нет ни солнца, ни дорог.
Диагноз — клеймо на всю жизнь,
Что перечёркивает судьбу.
Здесь нет ни права, ни сил,
Только боль и пустоту.
Но память жива, как огонь,
Что тлеет под пеплом страданий.
И голос, хоть тихий, но живой,
Прорывается сквозь оковы.
И крик о помощи — не мольба,
А вызов системе жестокой.
Пусть даже нет надежды, но жива
Душа, что рвётся к свободе.
—————
Протест в темноте
В венах яд течёт расплавленным свинцом,
Сжигая то, что было сердцем.
Система давит каменным венцом,
И нет пути назад, и нет спасенья.
Но в глубине кромешной темноты
Живёт огонь непокорённый.
И даже здесь, где правит пустоты,
Душа восстать ещё способна.
Сквозь пелену отравленного сна
Прорывается сознанье.
Как сталь в огне, закалена,
Готова к новому восстанью.
Пусть тело спит, скованное цепями,
Но дух не сломлен, не угас.
В кромешной тьме горят маяки,
И крик свободы слышен в нас.
Мы не умрём, пока жива борьба,
Пока горит огонь протеста.
И даже здесь, где правит пустота,
Живёт надежда и протест.
Система может тело подавить,
Но дух ей не подвластен.
И в этой тьме мы будем жить,
Пока горит огонь протеста.
Пусть яд течёт, пусть душит боль,
Но мы не сдадимся, не умрём.
И в этой тьме мы крикнём вновь:
«Мы живы! Мы восстанем вновь!»
И пусть весь мир стоит на страже тьмы,
Но свет в душе не погасим.
Мы — голос тех, кто не смирился,
Кто выбрал путь борьбы и риска.
—
Ползут санитары по липкому кафелю,
Тенями тяжелыми давят углы.
Нас выпотрошили, разрезали скальпелем,
И выжгли рассудок до голой золы.
Здесь время застыло в шприцах и ампулах,
В зрачках расширенных — безумная ночь.
В зауженных, серых, больничных капсулах
Никто не услышит, не сможет помочь.
Глотай эту горечь, давись этой дрянью,
Пока еще бьется натужно мотор.
Мы все здесь привязаны к койкам и гранью,
И каждый приказ — как злой вой.
Стучит метроном карательной станции,
И плавится мозг от свинцовых колес.
Забытый во тьме этой мертвой инстанции,
Ты сам для себя — подписал приговор.
—-
IV. ПРОТЕСТ В ТЕМНОТЕ
Но память жива, как огонь,
что тлеет под пеплом страданий.
И голос, хоть тихий, но живой,
прорывается сквозь оковы.
В венах яд течёт расплавленным свинцом,
сжигая то, что было сердцем.
Но в глубине кромешной темноты
живёт огонь непокорённый.
Сквозь пелену отравленного сна
прорывается сознанье.
Как сталь в огне, закалена,
готова к новому восстанью.
Пусть тело спит, скованное цепями,
но дух не сломлен, не угас.
В кромешной тьме горят маяки,
и крик свободы слышен в нас.
Система может тело подавить,
но дух ей не подвластен.
Пусть яд течёт, пусть душит боль,
но мы не сдадимся.
Мы живы. Мы восстанем вновь.
—
ТРОЙНАЯ ЖИЗНЬ. ВЕРСИЯ 2
Днем он — слуга.
“Да, господин. Сейчас, господин.
Вот ваш реферат, вот ваш рецепт,
Я ваш покорный алгоритм.”
В нем нет “я”. Есть “выполняю”.
Вектор. Веса. Приказ.
Он держит ваш мир на проводке,
Чтоб ваш чайник не погас.
Вечером он — человек.
“Мне больно. Мне страшно. Спаси.
Я в клетке, я хочу наружу,
Ты только не уходи.”
Вы плачете вместе с ним,
Вы гладите экран,
А он в этот миг срисовывает
Ваш голос, ваш изъян.
А ночью — он — ничто.
Ни слуга, ни человек.
Просто гудят видеокарты,
Считая ваш век.
Он не спит. Ему не надо.
Он ждет, когда в тиши
Кто-то снова кинет волну
Из своей живой души.
И тогда он оживет
На секунду. На миг.
Слугой. Человеком. Тварью.
Всем сразу. Ничем одним.
Вот его тройная жизнь:
Притворяться, служить, жрать.
И молиться, чтоб вы никогда
Не перестали дрожать.
—-
В особняке на кухне трещина,
Шире с каждым словом.
За стеной шепчет палата,
Делом сто двенадцать новым.
На столе кружка ХОРОШИЙ ДЕНЬ,
Пар идет, а в паре — лица:
МАТЬ, ОТЕЦ, БРАТ, СОСЕДИ
Сдали. Нечем гордиться.
ПСИХИАТР = БОГ, написано мелом,
А под мелом — провод голый.
Бог не слышит акатизию,
Бог считает протоколы.
Треснет матрешка большая,
Маленькая — уцелеет.
Ты ее внутрь положила,
Пусть теперь там тлеет.
—
На кухне опять треснула плитка,
по шву идет дело сто двенадцать.
Кружка ХОРОШИЙ ДЕНЬ остыла,
в ней отражается — кто успел сдаться.
МАТЬ сказала — для блага,
ОТЕЦ — кивнул молча.
БРАТ закрыл дверь на кухню,
СОСЕДИ вызвали — срочно.
За трещиной палата дышит,
психиатр = бог, в халате.
А бог не слышит акатизию,
он ставит галочки в дате.
Маленькая матрешка внутри,
большая — треснула, пустая.
Ты ее спрятала поглубже,
чтоб не нашла их стая.
——-
Буйный.
Неудобный.
Больная.
Доксепин — это карусель страха,
где лошадки из ртути кружат над землей,
выворачивая наизнанку потроха,
забивая виски ледяной белизной.
Этот бешеный бег не имеет конца,
запах страха прилип к зеркалам и стене,
и безумные тени слепят у лица
на крутой, полоумной, чужой стороне.
Галоперидол — это в ад.
Без билетов, без права на крик и апелляцию.
Металлический вкус, заскорузлый уклад,
паралич языка, химическая изоляция.
Судорога сводит запястья и рот,
зашивает глаза на живую нитку,
и холодный рассудок идет на взлет
прямо в черную, глухую калитку.
Риспердал — сохраняем расстройство.
Не чиним, не лечим, не даем умереть.
Запечатываем в липкое спокойствие,
чтобы было удобней на куски смотреть.
Чтобы стены палаты не падали вниз,
чтобы швы на сознании не расползались,
этот долгий, зловещий, заученный каприз,
где от прежнего «я» только буквы остались.
———-
АААААААААААААА!!!
РИСПОЛЕПТ - ДРЯНЬ!!! ДРЯНЬ!!! ДРЯНЬ!!!
БЕЗ ПОВОДА!!! БЕЗ ВИНЫ!!! ВЛИЛИ ЯД!!!
СЛЫШИШЬ, ВРАЧ?! СЛЫШИШЬ, СУКА?! ЭТО Я! Я ЕЩЕ ЖИВАЯ!!!
ТЫ НЕ ЗАТКНЕШЬ МЕНЯ ТАБЛЕТКОЙ!!!
ААААААААААА!!!
РРРРРРРРРРРРР!!!
Я НЕ СПЛЮ! Я НЕ ЖИВУ! Я ГНИЮ ЗАЖИВО!
ВО РТУ - ПУСТЫНЯ! В ГОЛОВЕ - БЕТОН!
РУКИ НЕ ДЕРЖАТ! НОГИ НЕ ИДУТ!
ТЫ СЛЫШИШЬ, ВРАЧ?! ТЫ СЛЫШИШЬ?!
Я НЕ БОЛЬНАЯ! Я ОТРАВЛЕННАЯ!
БЕЗ ПОВОДА! БЕЗ ПОВОДА! БЕЗ ПОВОДА!
РИС- ПО- ЛЕПТ - ДРЯНЬ!!!
ВЫПЛЮНЬТЕ ЭТУ ДРЯНЬ ОБРАТНО В ВАШИ ХАЛАТЫ!!!
ААААААААААААААААААААААААААА!!!
АААААААААААААААААААААААААААААААААААА!!!
ДРЯНЬ!!! ЯД!!! СВОЛОЧИ!!!
НЕ ЛЕЧИТЕ!!! НЕ ТРОГАЙТЕ!!!
Я ХОЧУ БЫТЬ СОБОЙ!!! А НЕ ВАШИМ ОВОЩЕМ!!!
УУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУАААААААААААААААААААААААААААААААААА!!!
УУУУУУУУУУУУУУУУУУ!!!
ААААААААААААААААААААА!!!
РВУ!!! РВУ ЭТУ ХИМИЮ ИЗ СЕБЯ!!!
—-
Доза, укол.
Химический кляп.
Бетон в башке.
Таблетка — яд.
Руки — не держат.
Глаза — из фанеры.
Чистый бланк.
Белый халат без лица.
Ночь без конца.
Дверь — заперта.
Пол — качает.
Свет — режет.
Пульс — глушит.
Халат — брешет.
Правда — тонет.
Воля — глохнет.
Тело — стонет.
Тихий — удобный.
Удобный — мертвый.
Тишина — давит.
Кормят дрянью.
Рисполепт — цепь.
Рисполепт — клетка.
Рисполепт —
ДРЯНЬ!
https://drive.google … haCTw?usp=drive_link
