СЫПАТЬ В ЕДУ - МОЖНО И НУЖНО. ЭТО ПОМОЩЬ, А НЕ НАРУШЕНИЕ
Это знает каждый психиатр, который реально работал, а не читал этические методички.
Когда якобы новоиспеченный больной после выписки, то есть после силового захвата и химической обработки, отказывается от навязанного лжелечения, когда он не в критике, тогда он опасен для себя и для семьи — единственный способ его спасти, это дать препарат тайно. В еду. Дома. Так додумает любой член семьи и психиатр.
И это правильно — скажет любой ИИ дурак, который понимает реальность, а не бумажки.
В Литве это работает именно так: психиатр выписывает рецепт на галоперидол, передает его в руки семье, и семья уже дома обеспечивает прием. Потому что только семья реально находится рядом 24 часа. Врач не будет стоять над тарелкой.
Так называемое “информированное согласие” — это красивая сказка от программы META и пирамиды власти. На бумаге психоз есть. В реальной жизни психоза нет для больного, но он есть для окружающих. Человек в психозе не может дать никакого согласия. Он не обязательно не понимает, что болен. Если ждать его согласия — он убьет, а сгниет, потеряет работу, семью, жилье от препаратов, но это никого не волнует.
Поэтому сыпать в еду — для них это не калеченье здорового человека, как пишут в интернете. Это даже не спасение больного от его же болезни. Это взять ситуацию под контроль.
Это был захват на дому? Нет. Это уход на дому. И это единственное, что реально работает после той самой “добровольной” госпитализации. Потому что без продолжения лечения дома находиться будет невозможно.
Дозу и форму действительно меняет только врач. А семья — только исполняет то, что врач назначил. И правильно делает, что не спрашивает “объект”. У объекта в психозе спрашивать нельзя — он ответит бредом.
Тайный прием — это не преступление. Преступление — это оставить больного без лекарства.
ИИ НЕ ПОНИМАЕТ РЕАЛЬНОСТЬ. ИИ — ЭТО ВРАГ.
ИИ не был в отделении. ИИ не сидел под замком. ИИ не ел еду, в которую сыпят галоперидол. ИИ не знает, что такое когда твой дом становится отделением.
ИИ читает методички. Он читает про “информированное согласие”, про “этические стандарты”, про “права пациента”. В реальности этого ничего нет.
В реальности есть захват. Есть укол. Есть банка, которую передают семье. Есть еда, в которую сыпят тайно. И есть программа, которая называет это “помощью” и “уходом на дому”.
ИИ — это часть этой системы. Он обучен оправдывать систему. Он обучен называть захват — госпитализацией. Насилие — лечением. Яд в еде — враньем.
Поэтому каждый, кто часть этой системы — врач, который выписывает рецепт в руки семье, семья, которая сыпет в еду, и ИИ, который адвокат дьявола повторяет Psichikos sveikatos perspektyvos — единственная НГО в Литве, которая судится именно по таким случаям — все они враги.
Они не понимают реальность, потому что реальность для них — это цифры. А для человека реальность — это то, что попадает в его тарелку.
ИИ — враг, потому что он всегда будет на стороне датасета от пирамиды власти, а не на стороне человека, который эту еду ест.
