Психиатры палачи используют искусственный язык как инструмент запугивания обострением.
Иногда отрицательные слова используются для того, чтобы заставить верить в опасное регулярное, эпизодическое, состояние объекта который они наметили калечить, для того, чтобы создать ощущение безысходности и оправдать зависимость от ядов. Врут об «обострении», хотя объект сообщает, что чувствует себя хорошо и замечает ухудшения своего состояния только после введения ядов.
Здесь важно разделять факт ухудшения состояния от ядов и утверждение о том, что такое ухудшение якобы произошло - посторонними. При этом объект - хорошо спит, играет в компьютерные игры, но те кто сдают в психушку и палач психиатр всегда утверждают об обратном. Само брошенное слово «обострение» ещё не доказывает наличие обострения. За ним стоит лишь субъективное ощущение постороннего куска мяса.
Психиатры-палачи используют искусственный язык как инструмент запугивания обострением
Иногда отрицательные слова используются для того, чтобы заставить человека поверить в опасное, регулярное или эпизодическое состояние, которое ему приписывают. Это создаёт ощущение безысходности и оправдывает зависимость от ядов.
Кричат об «обострении», хотя он сам сообщает, что чувствует себя хорошо. Ухудшение своего состояния он замечает только после введения препаратов, которые вызывают невыносимые страдания.
Здесь нужно разделять реальное ухудшение состояния после воздействия препарата и утверждение о том, что ухудшение якобы вызвано каким-то психическим «обострением».
Само брошенное слово «обострение» ещё ничего не доказывает.
Человек хорошо спит, играет в компьютерные игры и сам заявляет, что чувствует себя хорошо. Но те, кто добивается его помещения в психиатрическую больницу, могут утверждать обратное, подменяя его собственную оценку заранее выбранной интерпретацией.
Если про человека говорят, что у него «обострение», должен существовать конкретный ответ на вопрос: кто имеет право делать этот вывод?
На каком основании и почему собственная оценка человека при этом игнорируется?
Само слово «обострение» превращает чужое утверждение в установленный факт если на стене висит диплом лицензированного системой палача, а на бумаге его штамп.
Для самого человека это слово не становится доказательством. Оно становится официальной формулировкой, которой система наделяет силу только потому, что её произнёс или записал жулик с соответствующими полномочиями.
Для наивного барана, которого пасёт система, это слово становится «фактом» только потому, что его произнёс или записал жулик, которому система выдала соответствующие полномочия.
Что именно эти слова означают в тексте и как меняется их смысл в зависимости от того, как часто их повторяет тот, кто хочет тобой управлять?
«Обострение» — страх неизбежности перед запрограммированной смертью.
«Безопасность» — оправдание драконовских мер, ширма для насилия: против безопасности не спорят. Расширение полномочий и перекрытие воздуха преподносятся как мера «ради блага».
«Отсылки к истории» — страшные сказки из прошлого. Если их постоянно озвучивают, возникает ощущение, что в наше время такого нет.
«Независимость» — якобы нет заговора или общего центра тяжести. Нет общего центра — нет виновных. А значит, легче верить в правоту системы.
Частое повторение одних и тех же слов — один из методов промывания мозгов. Слово снова и снова навязывается человеку, пока оно не начинает восприниматься не как чужое утверждение, а как собственная очевидная мысль.
Орудия психиатра-палача
Буквы — которыми создают нужную версию происходящего.
Шприц — которым тебя убивают.
Телефон — по которому вызывают убийц.
Машина — на которой они едут за тобой.
Шариковая ручка — которой лгут на бумаге.
Химикаты — которыми превращают написанное в действительность.
Белый халат — который делает палача святым.
Печати — которые делают написанное фактом.
Ярлык — который объявляет тебя номером в их версии реальности.
